(ИННЕ ВАСИЛЬЕВНЕ ЧЕРНЫЙ) Я – зеленый одуванчик, Не набравший желтизны. Рядом – трепетный, прозрачный Первоцвет – дитя весны. Это – полный соков кактус, Он обличьем – дикобраз. Вот алоэ, он – лекарство, Он цветет в полвека раз. Вот сорняк на поле хлебном – Синеглазый василек. Это кашка – сладкий клевер – Стелет гибкий стебелек. Иван-чай – уже осенний – Дарит ветру длинный пух. Ощетинился репейник. Растопырился лопух. Вот крапива – просто злючка. Это – лютик-аконит. Осторожно: это пучка, Обжигает, как иприт. Мы живем большим букетом, Плодоносим и цветем, Пахнем, тянемся за светом, Терпеливо влаги ждем. Чем-то схожи, чем-то разны; Кто – приметней, кто – бледней. Тем, быть может, и прекрасны, Без любого мир бедней. Но ведь даже веник банный Равновесие и вкус Могут сделать икебаной – Достижением искусств. Мы – не прутики березы, Но и нам, признать готов, Не хватало этой РОЗЫ Для гармонии цветов. И не выскочка из леса, Не шиповниковый цвет – Настоящая принцесса Украшает наш букет. Мы – и рядом эта роза: Празднично-торжественна, Элеганта, грациозна, Бесконечно женственна. Как сидит на стройном стебле Дивно сложенный бутон! Все уместно, все по теме – Тонкий вкус и верный тон. Вся такая, вот такая, Стройная и статная, Каждый день чуть-чуть другая, Нежно-ароматная... Бог свидетель – нашей розе Не увянуть никогда, Не побьют ее морозы, Не согнут ее года. Будьте чайной, будьте... Черный! Пусть поменьше будет тли. Пусть получат Ваши корни Все, что нужно от земли. И еще желаем, роза, Чтобы твердые шипы Вас хранили от угрозы И не делались тупы. От имени всей клумбы – одуванчик П.Калмыков. Январь 1999. Одуванчик за эти годы не то что пожелтел, а и поседел (спасибо, облететь не успел). Неувядаемая Инна Васильевна не так давно ушла на пенсию. Но то, что она в наш диспансер привнесла - осталось.