callmycow (callmycow) wrote,
callmycow
callmycow

Categories:

Жозеф Эжен Сувиль. Ч.2

Продолжаем
(Начало было здесь)
ГЛАВА XXI
Подробости кампании «La Forte». - Гонолулу. – Сандвичевы острова. - Путешественники Реми и Бренчли. – Авачинская бухта. - Петропавловск. - Ситка. - Сан-Франциско. - Вальпараисо. - Фрегат «la Persévérante». - Возвращение во Францию.

Адмирал Фуришон, который заранее изучил всю доступную информацию и дотошно опросил всех офицеров, которые принимали участие в прошлогоднем деле, составил план атаки, который намеревался предложить адмиралу Брюсу. Что касается документов по силам обороны порта, равно как по его гидрографии, их польза приближалась к нулю: у нас только и было что старая карта Лаперуза. [Хм. А Бичи? А Дюпти-Туар?] Такая халатность нашего министерства, позорная и ничем не оправданная, могла бы не удивлять нас в этих далёких и малоизвестных краях, однако наши эскадры Черного и Балтийского моря оказались столь же обделены; но что воистину удивительно – и британское адмиралтейство, зрячий да увидит, преуспело ничуть не больше нашего министерства.
Для порта Петропавловска и Авачинской бухты мы имели добротные труды Кука и Лаперуза; но для всей побережья Сибири, Тартарии, Камчатки и С.-З. Америки у нас были только жалкие русские наброски, полные ошибок и белых пятен.
8 мая. - Утром увидели большой Гавайи, а затем Моуи и Молокаи. Горы острова Гавайи были покрыты снегом; вулкан являл великолепие. Стали на рейд против Гонолулу на 19 саженях (глубины).
Английский корвет Amphitrite стал на рейд часом раньше нас. Он покинул Вальпараисо 30 марта, где оставалась прибывшая с Таити Eurydice. Другие корабли опередили нас, пришли в Гонолулу и ушли в начале апреля. [9 марта в Гонолулу пришёл британский шлюп Dido, 9 апреля шлюп Rattlesnake, 11 апреля фрегат President, 14 апреля пароход Brisque, 17 апреля французский фрегат Alceste, 22 апреля британский фрегат Pique. Т.е. "в начале апреля" – это среднестатистически. Прим. перев.]
Английский адмирал опережал нас на месяц. Его силы, подкреплённые двумя пароходами, присланными из Китая – их он должен был найти на рандеву, – которые он должен найти на рандеву, – равны и превосходят те, что участвовали в прошлогодней атаке, и они могли бы попытаться атаковать сразу, не дожидаясь нас; но при том иметь в виду, что и русские не сидели сложа руки, а укрепляли свою оборону. Мы получили письмо капитана фрегата «Pique» Николсона, он сообщал французскому адмиралу об угрозе торговле союзников на побережье Калифорнии. Он видел в порту Сан-Франциско два русских приватира, готовых выйти в море, каждый имел 10 пушек и 250 человек на борту. Хотя англичане могли бы заняться этой угрозой раньше нас, адмирал не счёл возможным игнорировать и возложил миссию на «Obligado».
10. – Сегодня король оказал долгожданную честь принять нашего консула. Адмирал, который, естественно, был приглашён, он воздавал должное обходительности и манерам . правителя, который путешествовал по Европе и много пользы извлёк из увиденного. Он говорил о своей решимости сохранить независимость страны от американцев; они его тоже не любят. Рассказывают, если это правда, что однажды в Нью-Йорке ему отказали в гостинице из-за цвета его кожи.
Присутствовали на ужине: сам король со своим министром Вилли, адмирал и начальник его штаба, французский епископ Владыка Мегрэ и его миссионеры. Ещё один известный француз, который живущий в этих местах, это г-н Реми (Jules Achille Rémy 1826-1893), молодой ученый-натуралист, которого мы доставили сюда на фрегате «Algérie» три с половиной года назад, частично ослабленного долгой болезнью. Он живёт в двух милях от города, на ферме, которую содержат два француза.
Г-н Реми занимает домик, который делит с англичанином, таким же путешественником, которого удачно повстречал в островных лесах. Обоих объединяет страсть к исследованиям и приключениям, – Ambo pares œtatibus (оба молоды) – удачно дополняя таланты друг друга, ум и учёность, физические качества и материальное состояние, эти двое узрели в случайной встрече перст провидения и стали неразлучны.
Г-н Бренчли – человек гигантского роста и сложения, характера спокойного, мягкого, и в то же время несгибаемого упорства и энергии. Он получил было у себя должность приходского пастора; но в один прекрасный день, его «укусила муха дальних странствий» и он вдруг исчез, не испросив отпуска у прихожан, которые ждут его до сих пор, и великодушно сохраняют за ним место.
Два путешественника, рассказывая об этих островах, пробудили в нас самый живой интерес. Красота и климат превращают их в лакомый кусочек. Учёные поднимались к кратеру величественного вулкана Гавайи, одного из высочайших в мире, наблюдали извержения с излиянием огромной лавовой реки.
Оказалось, что по архипелагу живёт немало белокожих поселенцев, всякий сброд, на который наши путешественники никогда не жаловались.
Население Сандвичевых островов в общении с белой расой потеряло большую часть своей привлекательности и добрых качеств. Чувство гостеприимства у туземцев ослабло, а на иностранцев они смотрят потребительски. А на французов и вовсе с презрением, ибо им сказано, что французы католики, глупые и бедные, тогда как у американских протестантов есть доллары, много долларов.
11. - В 10 часов утра отправление «Amphitrite». Сразу за тем в виду показался «Obligado». Он стал на рейд рядом с нами и не поведал ничего нового. Его командир, г-н де Розенкоа очень огорчился, узнав, что он не сможет сопровождать нас, а должен следовать в Сан-Франциско.
13, воскресенье. – Адмирал посетил бриг («Obligado»); он объявил экипажу маленького отважного корабля, что меняет своё решение и намерен взять его с собой в Петропавловск. Ответом были крики энтузиазма.
Мы взяли на борт 26 моряков с французского китобойца «Marquis de Turenne», недавно погибшего у южного берега Оаху. Наше пополнение припасов завершено.
14 мая 1855. – В 4 часа пополудни вышли под кливером. «Obligado» останется еще на два дня в ожидании почты, а потом будет догонять нас во всю прыть.
Первые дни плавания заняты освежением военных навыков экипажа посредством недолгих, но частых учений; обустройством потерпевших крушение китобойцев; проверкой военного снаряжения и припасов; выработкой диспозиций к сражению. Согласно плану, который вряд ли изменится, фрегат будет сражаться только левым бортом, а поэтому следует перетащить на другой борт те орудия, что пострадали в прошлом деле. Измерены все углы стрельбы и учтены все препятствия, которые помешают наводке. Выбраны два ютовых порта по левому борту, куда по необходимости будут переставлены две гаубицы (obusiers) с противоположной стороны. Попрововали разместить на марсовой площадке гамачные сетки [свёрнутые], оборудовав таким образом удобное и безопасное гнездо для снайперов. Что касается такелажа, всё нужное было сделано ещё до отправления из Кальяо.
7 июня. – широта 48°24'; долгота 155°48'. Мы находимся в 45 лье от рандеву и в 80 от Авачинской бухты. Английский адмирал, проходя Сандвичевы острова, назначил второе рандеву в 15 милях в от входа в Авачинскую бухту. Если он уже встретил два парохода, что ожидал из Китая, то, вероятно, перешёл на второе рандеву, оставив в первом один из своих пароходов для встречи отстающих. Оказавшись в виду Авачинской бухты, он вряд ли останется ждать в открытом море, в дождях и туманах, а примет решение войти в бухту.
10 июня, воскресенье. – В 5 часов пополудни, увидели землю с N.O. Мы различили группу вершин, полуукрытых туманом и образущих выступ, который может быть только мысом Гаварея, обозначенного на русских карты под названием Поворотный.
Несколько дней назад море вокруг нас стало чёрного цвета. Вода сохраняла такой цвет два-три дня, после чего вернулась к зелёному. Сегодня, подходы земле, делают расстройства и цвет в нерешительности. Птиц много, среди прочих много маленьких гагар (кайры), и тех попугаев с яркими клювами (топорки), знакомыми по Исландии. Всё это птички береговые и служат на пользу батареям: бедняжки русские точно знают, что мы, неприятели, здесь. Всё время видны киты; некоторые плавают совсем рядом вокруг фрегата.
11. – В полчаса пополуночи увидели береговую линию; в половине шестого густой туман заставил нас повернуть в море за полным отсутствием видимости. Только в 2 часа пополудни завеса разорвалась и показала грандиозное зрелище : горы Гаварея и Вилючинский, два гиганта, высящиеся уже во весь и покрытые снегом до моря!!! Зрелище великолепное, равнодушных нет.
12. – Небо ясное, берег виден отчётливо в величественной красе, сияние снегов под солнцем вызывает восторженные восклицания. Большие пики по-прежнему в облаках; но берег на севере настолько узнаваем, что невозможно сомневаться: мы находимся севернее входа в Авачинскую бухту. Значит, нужно войти. Различаем два мыса, первый высится обрывом, второй немного наклонен – они означают вход в бухту. На том, что севернее, должен быть маяк, который мы скоро увидим.
Все глаза жадно устремлены в бухту, где ничего не движется. Обед экипажу устроен заранее, на случай если вдруг тревога. Предосторожность оказалась излишней: в 5 часов пополудни, всего за шесть миль от входа, нас застал штиль, и надо было поймать последнее веяние, чтобы отойти. Удалось это не без труда и не без опаски, поскольку под этими скалами стоянки нет нигде.
13. – В 3 часа утра, при облачности, с лёгким бризом от O.-N.-O. «La Forte» двинулся к Авачинской бухте. В 7 часов мы фрегат на буксире парохода, выходящий из ворот бухты. Первая мысль адмирала – это его английский коллега послал опознать нас. Мы поднимаем сигналы опознавания. Пароход отдал буксир, зашёл в бухту, а через некоторое время снова вышел, направляясь в открытое море. Фрегат взял ветер и тоже двинулся к востоку – это был «Pique». Минуя нас, он просигналил: «Place desert, Russian Emperor dead» – город пуст, русский император мёртв. Мерзкий ушат ледяной воды: все мечты прахом…
Входной фарватер в бухту длинный и узкий, усажен рифами; но при ясной погоде пройти его легко даже лавируя галсами, держась между двумя хорошо заметными ориентирами, на глазок. Вскоре появились корабли. Два из них, Dido и Amphitrite лавировали под парусами к выходу; остальные были «President», «Brisk», «Alceste» и «Eurydice». Присутствие этой последней было для нас сюрпризом. «Alceste» салютовал нам первый, мы же хотели поприветствовать английского адмирала и дали два салюта.
Адмирал немедля отправился на «President», я его сопровождал. Два адмирала долго совещались тет-а-тет.
(Окончание следует)
Tags: История, Крымская война на Камчатке, Мой перевод, Перевод
Subscribe

  • Наследие капитана Паркера

    В 2009 г. в Канаде опубликован дневник Чарльза Аллана Паркера, чьи останки покоятся в братской могиле под Никольской сопкой. "A Troublesome Berth":…

  • Бой в Крыму, всё в дыму, ничего не видно

    Изыскатель из Владивостока Андрей Юрьевич Сидоров подкинул ссылку: во французской книге "NOS MARINS"("Наши моряки", автор Этьен Трефо, 1888 г.) в…

  • Третья половинка песни

    Речь о французской песенке "DANS LE KAMTCHATKA!.." – "НА КАМЧАТКЕ", опубликованной в городе Париже в 1917 году, ноты и текст (Автор музыки Шарль…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments