callmycow (callmycow) wrote,
callmycow
callmycow

О делах юкатанских: Майястан. О фальшивокакавщиках и пользе горных лыж.

Наверное, нет такого слова «Майястан», а может, уже и есть, как “Mayaland” или “Riviera Maya”. На самом деле нынешние майя – вовсе не малочисленный народ, они же и работают в отелях. Ростом невысоки, особенно в сравнении с европейцами и американцами. Смуглое скуластое лицо, крупная голова сидит прямо на плечах, шеи почти нет. Прибавить к этому служебный дресс-код и улыбку – становится понятно, что в отеле не сразу начинаешь различать в лицо майянских парней и девушек и осознавать их красоту.
Но курортная зона – это место работы, а Майястан – это города, мёртвые и живые, и деревни.
В центре каждого мексиканского города есть прямоугольная площадь, Сокало. Ударение на первый слог, как если бы площадь звалась по имени хищной птицы; а пишется Zocalo. На самой площади быть может парк, а по периметру расположены двухэтажные постройки колониальной эпохи – дворец губернатора, банк, мэрия; конечно, и собор.
Первый город на пути следования назывался Вальядолид. Название почти аптечное, но мексиканцы не виноваты – название завезено из Испании. С Юкатана колонизация и начиналась в XVI веке. Мне на Вальядолидском Сокало вот такие парковые двустульчики понравились.


В кадре виден наш гид, профессор Александр, он рассказывает, что присев на такой стульчик, ты даёшь знать, что не прочь познакомиться с особой иного пола. Заинтересованная тобой особа может подсесть с другой стороны. Эта первая приглядка ни к чему не обязывает, но может продолжиться знакомством и долгой семейной жизнью.

Город Ушмаль.


Она большая и прекрасная! Майянских пирамид много – самые знаменитые в Чичен-Ице, но не начинайте с Чичен-Ицы. У каждой пирамиды своя прелесть и свои фишки.
Если с этой самой точки, откуда сделано фото, громко хлопнуть в ладоши, пирамида вернёт вам эхо. И это будет не хлопок! А пронзительный крик, похожий на уимблдонский вопль подающей теннисистки. Ещё вернее – это птичий голос, и не какой-нибудь, а священной птицы кецаль (гвезаль), которая ещё уцелела в лесах Гватемалы. Я не был предупреждён взять из автобуса диктофон, записал эхо только на фотоаппарат, слышно плохо. Нашёл в ютюбе голос кецаля – да, действитеьно, очень похоже. (Сходное эхо даёт и пирамида в Чичен-Ице, но только отдалённо сходное, а ушмальская пирамида – один в один.) Трудно допустить, что звуковой эффект случаен – вероятнее, это успех майянских строителей. Пригласил бы я их построить в Петропавловске хоть одно концертное здание с приличной акустикой. Можно без кецалевых криков.
Не буду я ничего про пирамиды рассказывать. И фотки мои не годятся для полноты репортажа. Быть там надо, видеть надо, щупать надо.






Гид Александр показал нам налепной орнамент на одном из зданий, которе отрекомендовал как банк и предложил угадать, откуда это видно?:


Моя жена увидела в орнаменте знак евро. «Правильно! - обрадовался Александр. – Это обозначение валюты. Только не евро, а зёрен какао». А каменные птички – это попугаи.
Все мы слышали, что зёрна какао выполняли функцию денег; но тут меня озадачил вопрос: а как майя регулировали денежную массу? Если любой пойдёт в лес и нарвёт себе сколько хочешь денег, что ж это за политэкономия? Ответа пока не имею. Но на другой попутный вопрос Александр ответил. Если есть деньги, должны быть и фальшивомонетчики? Фальшивокакавщики, стало быть? Так вот, они и были! Расплачивались какао-бобами, искусно сделанными из глины. И наказывались (если попадутся) по всей строгости закона.

А это поле для игры в пок-та-пок (в каждом индейском городе было по нескольку таких полей разного размера). В такое колечко каучуковый мяч и пробрасывался. (Данное кольцо – муляжное, пластиковое, и в пластике чернеется дырка; дырка доказывает, что настоящее кольцо спрятано в музей не напрасно.)


Моя жена с давних лет замечает во мне «козлиный рефлекс» - если есть возвышенность, ноги меня туда и несут. Естественно, лёгкими прыжками я вознёсся на пирамиду первым из группы.


(Это не та пирамида, что кричит кецалем. Мы хлопали и пред этой – не кричит.) Когда же я скакал с пирамиды вниз, у меня спросили, как это у меня так получается и где это я так накозлячился насобачился. Ответ прозвучал с достоинством: «Я живу в Петропавловске-Камчатском! У нас половина улиц такие». Потом, правда, вспомнил: вероятно, помогают мои скромные горнолыжные навыки. Да и сам путь из дому на горнолыжку лежит через овраг по длинной, длинной лестнице. Вот и.
Tags: История, Мексика, Фото
Subscribe

  • Век живи

    Оказывается, французский корвет l'Artemise вовсе не в честь богини Артемиды назван. Артемида по-французски Artemis, а Artemise - это Артемисия,…

  • На Гавайях народ простой

    Залез в газету The Polynesian за 16 декабря 1854 года, уточнить дату отплытия французского корвета l'Artemise. Думаю: у них там 15 числа король умер…

  • Наследие капитана Паркера

    В 2009 г. в Канаде опубликован дневник Чарльза Аллана Паркера, чьи останки покоятся в братской могиле под Никольской сопкой. "A Troublesome Berth":…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments