callmycow (callmycow) wrote,
callmycow
callmycow

Categories:

lot1959 (он же мичман Lot на форуме военно-морской истории http://kortic.borda.ru) исследует эпопею последних гардемарин Владивостокского морского училища, угодивших под раздачу гражданской войны. Не берусь пересказывать – Колчак, Семёнов, японцы, большевики, практическое плавание на Камчатку, почти кругосветный переход в Средиземное море, Африка и Дубровник… Кто-то оказался в эмиграции, кто-то вернулся-таки на родину… Отдельной руной этой саги саг является история дрейфа шхуны «Тюлень», которую расследовал lot1959. И предложил мне её перепостить, что я и попытаюсь сделать.
"Рассказ о корабельной практике гардемаринов МУ в 1919 г. будет не полным, если не расставить точки ещё в одной истории.

Повесть о рыбной ловле

В 12-м номере журнала «Огонёк» за 1968 г. вышла статья капитана дальнего плавания Шеманского Ю.А. На обломках «Тюленя...».
В статье рассказывается о том, как летом 1919 г. трое гардемаринов Морского училища во Владивостоке отправились в плавание к берегам Камчатки на маленькой шхуне «Тюлень». Шхуна попала в шторм, экипаж, за исключением этих трёх молодых людей, погиб, а судно получило серьёзные повреждения. Это не сломило духа ребят, и они дрейфовали на обломках «Тюленя» в океане долгих 114 суток, пока их не спас проходивший мимо пароход.
В том же 1968 г. в 12 номере журнала «Наука и жизнь» выходит статья Шеманского Ю.А. «Дрейф Тюленя». В сборнике «Океан» за1972 г. ещё одна публикация «Трагедия шхуны Тюлень». В 1973 г. В сборнике «Бригантина» выходит история дрейфа шхуны «Тюлень». «Очерк был очень хорошо встречен читателями, вошёл в список произведений, рекомендованных ЦК ВЛКСМ для чтения нашей молодёжи.»
И наконец, печатается наиболее полная версия «Дрейф шхуны Тюлень» в журнале «Катера и Яхты», № 4, 1976 г. В этом же журнале была опубликована статья Зандрока Н.Е., однокашника Шеманского и этих троих «отважных мореходов» по Морскому училищу, «Шхуна Валюта».

«Дрейф шхуны Тюлень»



Мною впервые эти статьи были прочитаны в том же 1976 г. и никаких сомнений в правдивости написанного не возникало.
Но 2 года назад, в 2013 г. я занимался атрибутацией фотографий в альбоме мичмана Одишария П.К. и составлял описания к ним.
Альбом Одишария П.К.
http://www.photo-war.com/ru/archives/album3366.htm

Прочитал почти всё, что было опубликовано и не опубликовано по «Выпуску Морского училища 1920 г.». Во всех воспоминаниях гардемаринов Морского училища никто не упоминает про это плавание, тем более про гибель шхуны. В мемуарах есть масса всевозможных мелких подробностей за 1919 г., но такого нет. Про поход на Камчатку и Ном есть, про гибель одного товарища во время похода есть, а про «Тюлень» ни слова.
В работах современных историков: Н.А. Кузнецов, «Русский флот на чужбине» и Крицкий Н.Н., Буяков А.Н. «Владивостокские гардемарины», где подробно рассказывается о деятельности МУ в годы Гражданской войны, тоже про эту трагическо-героическую историю ни слова.
Историограф «Выпуска Морского училища1920 г.» корабельный гардемарин Иван Митрофанович Белавенец, проделавший громадную работу по сбору материалов и обобщению их в «Бюллетенях Морского училища выпуск 1920 г.», в статье ВЫПУСК МОРСКОГО УЧИЛИЩА 1920 г. в главе «Боевая часть Выпуска 1920 года» пишет:
"Боевая часть Выпуска разделяется на:
1. Ушедших на бронепоезде Сибирской флотилии в 1919 году на запад: Корцин- Жуковский, Зандрок , Могучий, Коринтели, Попов (2-ой роты О. Г. К.), Шишикин.
2. Уехавших на Камскую флотилию, Пермь: Борис Афросимов, Фосс, Муринов, Навроцкий.
3. Служивших в Казачьих частях: Псиол, Лайминг, Малыгин, Семенов Георгий, Казанский, Фролов, Хардалло, Слюз.
Вот оказывается как, Зандрок Н.Е., Семёнов Г.Н. и Коринтели Н.М. В начале 1919 г. попали на службу в белую армию.
Но Белавенец И.М. писал свою статью по памяти, есть некоторые неточности и погрешности. Поэтому, опираясь на документы, немного уточню.
В конце 1918 г. по распоряжению адмирала А.В. Колчака во Владивостоке создаётся Морское училище во главе с капитаном I ранга Китициным М.А.
В училище откомандировываются гардемарины ОГК и Морского инженерного училища, оказавшиеся в 1918 г. на территории занятой белыми войсками и воевавшими в белых частях., а так же и из заграницы. Гардемарины прибывали несколькими потоками, всего прибыло 176 человек + 21 человек пришёл от А.И. Деникина на п/х Иерусалим в начале 1919 г.
Прибыли в училище и Чигаев Ф.М., Зандрок Н.Е., Шеманский Ю.А. , служившие в Морской роте атамана Г.М. Семёнова в Харбине (РГА ВМФ. Ф. Р –1722. Оп. 5. Д. 135. Л.26 об.).
Но не всех гардемаринов зачислили в училище. Отсев был очень жёсткий.
Часть гардемаринов отчислили по политическим мотивам (за крайне-правые, или левые взгляды), по моральным соображениям, часть ушла по собственному желанию, как писал гардемарин Слюз К.А (дослужившийся до звания войскового старшины у барона Унгерна) «если погремишь шпорами в кавалерии, хотя бы рядовым, учеба на ум не идет».
Все отчисленные гардемарины были распределены по воинским частям, или зачислены в Военно-инструкторскую школу на Русском острове во Владивостоке (так называемая «школа Нокса»). Всего отчислено в разное время 80 человек Здесь ещё надо учесть тот фактор, что в армии Колчака катастрофически не хватало офицеров и на гардемаринов шла настоящая охота со стороны сухопутного командования.
Наиболее «идёйные» рвались на фронт.
Так Постановлением учебного совета (Пус) от 09.12.1918 г. в 1-й конный атамана Семенова полк был откомандирован Чигаев Ф. М. (Из доклада начальника Морского училища капитана 1-го ранга Китицына М.А. Морскому министру.)
Сибирская флотилия формировала свой бронепоезд и «происходило форменное сманивание гардемарин на бронепоезд» - Китицин М.А.
В команду бронепоезда вошли матросы 1-ой статьи Н. Коринтели Н.М. и Семёнов Г.Н. Пус от 13.01.1919 г. ( ГАПК. НСБ. Цирк. штаба ком. Сиб. фл. № 228 от 26.11.1918 г., Приказания по Морским силам на ДВ № 3 от 01.09.1919 г.).
А Зандрок Н.Е. продолжил обучение в Спасской авиашколе.

То есть, летом 1919 г. Эти молодые люди находились в действующей армии и очень далеко от Владивостока. Сведений о дезертирстве нет и значит плавания никакого на шхуне «Тюлень» не было.
Более того, гардемарин Б.С. Афросимов, тоже отчисленный из МУ, в своих воспоминаниях « Скитания одного из многих» пишет, что в ноябре 1919 г. в Чите встречал Ф. Чигаева.
"11 ноября 1919 г. полк выступил из Омска пешим порядком на Ново-Николаевск, я заболел тифом и, как безнадежный, был оставлен в Ново-Николаевске. Полк же двигался дальше. Оправившись немного от тифа и узнав, что скоро придут красные, я бежал из госпиталя на вокзал, где с трудом попал в санитарный поезд. Вскоре поезд наш двинулся. Пройдя трое суток, на четвертые попал в руки красных. Пробыл у них в плену 1 ½ суток, мне удалось бежать к полякам. С ними я сделал небольшой маршрут, а потом присоединился к нашим частям. За это время наш Морской Учебный полк был окружен красными и попал в плен. Видишь, я и здесь выскочил. Присоединившись к Воткинской дивизии и поступив в конный дивизион, я был два раза ранен в ногу. Вследствие осложнения в сердце от тифа, мне пришлось из конного дивизиона уйти, перейдя в Броневую дивизию. В Чите встретил Чигаева , Любченко. Невдалеке, где-то в станице стоял сотней Малыгин Петр. Будучи еще в Сибири, на станции Половина встретил в Чешском эшелоне во 2-м Кавалерийском полку Тараевича и больного тифом Ляльку Лайминга. Несмотря на мои уговоры идти, не один из них со мной не пошел. Они оставались в эшелоне, и попали в плен.»
http://www.rodmurmana.narod.ru/Koltun6-2.htm

Выходит что всю эту героическую историю Шеманский придумал? Не совсем.

Летом 1919 г. гардемарины МУ проходили корабельную практику.
1 (старшая) рота на посыльных судах «Якут», «Диомид», «Улисс», 2 (младшая), только что набранная, на канонерской лодке «Манджур». Командиром кан.лодки был ст. лейтенант Королёв Анатолий Николаевич. После окончания корабельной практики его назначили командиром 2 роты МУ. Вместе с училищем эвакуировался на «Орле» 31 января 1920 г. Во время стоянки кораблей в Японии, списался и вернулся обратно во Владивосток.
Предлагаю к прочтению часть письма Королёва А.Н. к Китицину М.А.. Письмо было опубликовано во 2-м номере «Журнала Кружка Морского Училища во Владивостоке». Бизерта,1922 г.

«От Стар. Лейт. Королёва получил следующее письмо; которое привожу полностью.
Хакодате. Сент. 20-1921.

Глубокоуважаемый Михаил Александрович,
Вчера ко мне зашёл бывший гард-н Пузанов и первый сообщил мне фактические сведения о Вас и об Училище, т. е. что Вы в Бизерте, а 2 часа тому назад я получил из Бизерты письмо от от своего двоюродного брата, пришедшее через Канаду, где он кратко сообщает о наличии Училища и кораблей и о существовании Штаба и просит отозваться. От вернушихся из Сингапура я знал очень скудно о Вашем Плавании, но после того совершенно потерял нить, т. к. сам ушёл в июне 1920 года Начальником китоловно-рыболовно-исследовательной экспедиции в Берингово море. Это было единственное средство вырваться, со ставшей совершенно бессмысленной и не не возможной службы, на волю. Организация была вся наспех.
Я был связан своим освобождением, шхуна была одна только русская. Результат получился плачевный. Как добравшись до Хокодате, чинилось там в месяце (?). К берегам Чукотского п-ва не попали, а добрались только до Земли Коряков. У меня была только морская часть, а промысловая у одного из компаньонов того дела. Он оказался или дураком, или мошенником, вернее и тем и другим, т. к. будучи камчатским жителем пошёл в Июле ловить рыбу. Ни рыбы, ни китов не поймали. Наступление холодов заставило повернуть обратно. Катер разлетелся вдребезги в бухте Глубокой. Он шёл под парусами. Шхуна ( гафельная, 120т. ) оказалась коробка и корова не шла круче семи румбов. Добрался к Сентябрю в зал. Барона Корфа, где взяв угольный баласт, пошёл в Петропавловск. В Кроноцком заливе вынесло руль. Больше недели были у Шипунского мыса, чтобы войти в Петропавловск, но Вест и Норд-Вест шторма унесли на Зюйд-Ост.
Решил идти на Юг, т. к. начались заморозки (середина и конец Октября); а на шхуне всё текло и нельзя было обсушиться. Шторма усилились и перешли в постоянное явление без отдыха, то тайфуннаго характера, то бешенные Норд-Вест. Опускался к З.З.В. примерно в 400- 500 (?) миль от Японии. В Ноябре снесло всё кроме мачт и кормовой рубки, так-же матроса и капитана ( был у меня молодой — ХУДОЛЕЙ — командир «Форт»-й) за борт [видимо имеется в виду служебный п/х «Форт» Владивостокского крепостного артиллерийского управления. L.] . Жаль беднягу, остались жена и ребёнок, родившийся без него. Вступил сам - был один, т. к. помощник от страху и пьянства вместе с большинством команды и пас-в лежал в трюме. Скоро вышли из карты. Делал сетку сам по карманному атласу Маркова, шёл, вернее, несло на Зюйд - Зюйд-тень-Вест. Искал тепла и пассатов, а с ними островов. В Январе дошли до Сев. Марианских О-вов. Пища была только болтушка и лепёшки из муки пополам кирпичным чаем, чтобы побольше было. Воду опресняли (3 опреснителя выстроили один за другим). Временных рулей построили [цифра обрезана] - последний действовал сносно и не ломал подзора (?).
16 января поймали о-в Гуам - (С.А.С.Ш.), где и пристал ко входу в бухту - сделав более 3500-4000 миль, пробыв в океане 107 дней, из которых только в конце Декабря и нач. Января получили пассат и хорошую погоду. Самое тяжёлое — была полная беспомощность шхуны — она только плавала по воде, но не управлялась ни парусами, ни рулём и шла только в галфинд, или крутой бакштаг, а при зыби дрейф был даже при бакштаге. Мачты тонки и гнулись, почему нёс малые паруса и ходу не было. Отправив команду во В[ладивосто]к на военном Американском транспорте...»
Целиком письмо привожу в конце сообщения.

Вот такая история о 107-дневном плавании на аварийной шхуне в Тихом океане.
Очень сильно эта история напомнила мне «Дрейф шхуны Тюлень».
А знал ли Шеманский Ю.А. об этой статье, мог ли её прочитать?
Да, знал, да, читал. До своего убытия в СССР, Юрий Анатольевич числился в Пражском отделе «Кружка Морского Училища во Владивостоке».
И ещё. В статье «Трагедия шхуны Тюлень», сборник "Океан", 1972 г., Ю.Шеманский пишет: «Двоим спасшимся пришлось наняться штурманами на иностранные пароходы, которые должны были зайти во Владивосток. Третий попал на остров Ява. Там он работал помощником начальника порта в небольшой бухте».
В том же №2 «Кружка» было опубликовано письмо корабельного гардемарина Трофимова В.И. «На Яве». В котором он пишет, что корабельный гардемарин Олонгрен А.В. .с помощью хорошего знакомого, ставшего мужем его матери, устроился помощником надзирателя в порту в бухте Сурабая на Яве.

Выходит, что Ю.А. Шеманский плавание на шхуне Королёва переработал в более художественную и драматическую повесть — Дрейф шхуны «Тюлень», а некоторые факты из биографии А.В. Олонгрена вставил в биографию своего героя.
Теперь вопрос, а могли ли Коринтели, Чигаев и Семёнов в 1920 г.состоять в команде этой шхуны? Я думаю, что нет. И вот по каким причинам: Королёв обязательно об этом написал бы. Да, но они были отчислены из училища в начале 1919 г. и Королёв их мог не знать. Значит нанялись инкогнито, скрывались? Маловероятно. А могли ли они оказаться летом 1920 г. во Владивостоке?
Белые войска были выбиты в Манчжурию и Монголию в ноябре 1920 г., после ликвидации так называемой Читинской пробки. И только в начале 1921 г. во Владивосток стали прибывать остатки этих частей.
Ещё до выхода первой статьи Ю.А. Шеманского в 1968 г., в СССР в 1967 г. приезжал из Франции однокашник и товарищ Шеманского по Морскому училищу Д.Д.Парфёнов. Друзья встречались, им было о чём поговорить. Учились в одних стенах, дважды совершили плавание на «Орле», участвовали в эвакуации из Крыма, от барона П.Н. Врангеля получили погоны мичманов. Вот что пишет Парфёнов:
"В заключение скажу несколько слов о моей встрече с Шеманским. Он ведь пишет книгу "Последние Гардемарины" то-есть о нас и о Китицине. Я о ней с ним говорил и перелистал быстро, то, что пошло на разрешение к изданию. Должен сказать, что писание его весьма «причесано» для советской цензуры, но вышла не история Последних Гардемарин, а скорей роман или повесть о рыбной ловле...»



Письмо ст.лейтенанта Королёва А.М.



Обещанное окончание письма А.М. Королёва.
"... Отправил команду во В[ладивосто]к на военном Американском транспорте, т.к. хозяева разорились и предоставили нас своим собственным силам. Сам был в Манилле, почти достал место и устроился бы там, но меня вызвали телеграммой, предложив это в то же дело и приличное содержание. Приехал в Японию – оказалось, все ерунда: компаньон один уехал, а другой его выкинул из дела, но и сам ничего не сделал. Остался я ни при чем, но свет не без добрых людей, и вот пока живу, хотя дела нет, и в обещании, что буду нужен. Летом был на Камчатке на «даче» и посмотрев и ознакомившись с рыбным делом, понял, какую великую глупость делали в прошлом году и ради какого преступного, идиотского замысла рисковали своими жизнями и заплатили 2-мя из них.
Боюсь, что надоел Вам своим описанием, но очень хотелось бы получить от Вас, дорогой Михаил Александрович, подробное послание, ибо так часто вспоминал и вспоминаю Вас, «Манджур» и всех бывших мальчиков, лето 19 года – это последнее последнее светлое место моей жизни. Не могу удержаться от проклятия Омску за то, что он провалил идею Усчен судка. Когда был в тропиках, в минуты забвения – когда забывался голод – думалось: было бы совсем другое чувство, моно было бы что-либо сделать, а то приходилось самому спускаться на руль – оттяжки заводить. А перестрелять их их – еще хуже, совсем уж некому было бы работать. Я очень обрадовался Пузанову – видимо, славный мальчик – так пахнуло еще чистой молодой душой, столь редкой среди здешней шпаны. Пузанов служит во Владивостоке, в обсерватории у В-кого и, получив отпуск на лето, работал у Демби в Усть-Камчатске. Воронец разбил … «Абери» в прошлом году, но товар спас. Цветков зимовал в Усть-Камчатске, где его избили чуть не до смерти. Теперь поправился, но плохо. Треснул череп и т.д. Видимо, он опустился, хотя теперь уже не пьет. Про Владивосток он ничего толком не знал, но, судя по разговорам, несоциалистическое Правительство /после весеннего переворота/ нетвердо и …питуляция Д.В.Р. Степанов /ст. у.оф./ при перевороте ранен в грудь навылет – не знаю как его здоровье. Войвод служит в Р.У. Вот и все мои скудные сведения.
Буду очень ждать Вашего письма и прошу подробно сообщить о Вашем путешествии и о том, что удалось сделать. Что создалось в Бизерте, какие … кто состав, какая платформа организации, средства. Кто из ушедших на «Орле» там, где сам «Орел» и «Якут», хочется спросить еще много, но боюсь надоесть Вам. […]
От души желаю Вам полного успеха в самоотверженно взятой на себя работе и удачи до конца. Я с весны потерял линию, т.к. матушка моя умерла и цель моего приезда на Восток – выжидание сообщения с С.Р., чтобы вывезти ее или через Ф-цию и Америку, или Сибирь – все даром пропало.
Еще раз желаю всего наилучшего
и остаюсь глубокоуважающий Вас
А. КОРОЛЕВ"

Tags: Друзья, История, Корабли, Разыскания
Subscribe

  • Показуха?

    Да, у нас показуха. А также показгорла и показноса. Показзуба в сто втором кабинете, показглаза в сто четвёртом. А показы ниже пояса на первом этаже.

  • Подумалось

    Одни знакомые считают, что она сидит у него на шее. Другие полагают, что на шее он у неё. Так может, всё правильно, это и есть поза "69"?

  • Утрешний мудризм

    Вот мы ругаем нашу лень, Что губит добрые затеи. Но лень ленивого злодея Продляет наш счастливый день! (СТИМПР. По пути на работу.)

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments