callmycow (callmycow) wrote,
callmycow
callmycow

Category:

Тарьинская губа в тот год положительно кипела китами". Плавание "Стрелка". Часть 5.

Андрей Карлович Де-Ливрон.
Отрывки воспоминаний о плавании на клипере «Стрелок» в 1880 – 82 г.г.
(«Морской сборник», 1913, №№ 10-12.)

Часть 5 (Начало здесь)

Войдя в Берингов пролив, мы встретили свежий противный ветер, вследствие чего «Rodgers» немедленно вступил под паруса и прямым галсом направился к американскому берегу; мы придержались к селению Угилен и там отдали буксир от вельбота. Задушевным «ура» простился клипер с г.г. Краузе и долго еще позади себя видели мы их чистенький вельбот, удалявшимся от нас к берегу.
В 9 часов следующего утра мы вступили, наконец, и в Ледовитый океан; это было давно желанным для нас моментом. Особенного, собственно, ничего не случилось: прошли мимо острова Диомида и высокого входного мыса, как и раньше сотни раз резали входные мысы других морей, но тем не менее все-таки здесь было что то особенное, что так горделиво воздымало дух каждого; это уж нечто гораздо более важное и возвышенное, чем например войти в Дарданелльский пролив. Восточньий мыс, крайняя точка нашего обширного отечества, величественно возвышался у нас на траверзе в виде высокого полуострова, соединенного с материком совсем низким перешейком.
Клипер выгребал вдоль Азиатского берега против сильного, противного ветра; волнение было короткое, неправильное. Мы все время надеялись, что благополучно доберемся до земли Врангеля. Дойдя таким образом до ширины 67°1', клипер должен был вдруг поворотить обратно на юг; это случилось у мыса Сердце-Камень. Неожиданно весь горизонт заслонился туманом и льдами. Туман мог бы задержать нас в этом негостеприимном море гораздо дольше, чем это позволяли обстоятельства. Когда уже стемнело, мы жгли фалшфейеры и палили из пушки, чтобы «Роджерс» показал свои позывные, но все напрасно – мы его больше не встречали.
Клипер направлялся к острову Медный, куда мы спешили из-за недостатка сухарей для команды. Это произошло от непростительной небрежности того лица, которое заведывало судовым хозяйством.
Темная ночь и густой туман не позволяли идти полным ходом, но под утро горизонт стал прочищаться и мы по временам видели острова Диомида.
Несмотря на столь краткое пребывание в Ледовитом океане, у нас, тем не менее, осталось о нем надолго очень сильное впечатление.
Пасмурность и бус в течение трех суток лишали нас обсерваций, но попутный ветер быстро гнал нас вперед.
Близ мыса Олюторского мы повстречали котиков и полагали, что там были лежбища, но алеуты утверждали, что по берегу Камчатки постоянного пребывания котиков нигде нет в том море, кроме Командорских островов.
Через неделю мы пришли на о-в Медный. Название свое он получил от руды, которая была на нем найдена еще около 120 лет тому назад.
За неделю до нас к острову приходил адмирал Асланбегов на крейсере «Африка»; это было первое военное русское судно. Местные старики, еще будучи молодыми, ждали прихода к ним когда-нибудь русского корабля с пушками и вот, только теперь, под старость они были удовлетворены исполнением их заветного желания.
Селение острова расположено довольно уютно у самой воды, а с задней стороны заслонено почти отвесными горами, покрытыми высокой и густой травой. Деревьев на острове нет. Домики жителей снаружи чисты и приветливы, а внутри грязно, тесно и душно.
Ночью селение и пристань освещались лучами нашего прожектора; это было необходимо для указания нашим шлюпкам направления фарватера среди бурунов. На луч света к нам со всех сторон летела просыпавшаяся птица – глупыши и топорки. Приближаясь к клиперу, птицы из светлых лучей прожектора вдруг попадали в темное пространство и там с сильного разлета ударялись о рангоут или такелаж, вследствие чего раненые падали на палубу; здесь матросы их хватали руками и сажали в курятники. Этот легкий охотничий спорт до того понравился команде, что многие матросы почти до полночи не ложились спать. За три часа времени, курятники оказались переполненными, а наутро, при выпуске пленников на свободу, их насчитали до 72 штук.
В 5 час. утра клипер перешел на западную сторону острова, к главному лежбищу котиков. Все утесы берега на протяжении приблизительно около 4 миль, были сплошь покрыты живыми существами. Сотни тысяч котиков кувыркались и кричали здесь, так же, как и на лежбище острова Беринг; гул голосов сливался с шумом бурунов, разбивавшихся во всех извилинах берега.
Простояв у лежбища несколько часов, пока вся команда не успела перебывать на берегу, клипер наконец снялся с верна и направился в Петропавловск, куда, благодаря хорошей погоде, прибыл через двое суток.
Когда мы вошли в гавань и стали на якорь, то все наши знакомые не замедлили приехать на судно, чтобы нас поздравить с приходом и расспросить о подробностях нашего плавания. В общем, наше отсутствие продолжалось 1 1/2 месяца.
Барометр в это время стоял высоко и это предвещало начало хорошей осени; берега, окружающие Петропавловск кажутся осенью еще красивее, чем весною: свежая, яркая зелень березового леса, высокая трава и разноцветный мох, покрывающие крутые склоны горных долин, представляют собой изящный контраст с ослепительной белизной ближайших великанов сопок, почти всегда покрытых снегом.
Так как я находился в отдельном плавании и мог вполне самостоятельно располагать назначенным мне для крейсерства временем, то решил простоять в этом уютном заброшенном порте несколько лишних суток и таким образом 24-го августа вместе с жителями города достойным манером отпраздновать «двадцать седьмую» годовщину Петропавловского сражения.
Команда наша имела возможность еще некоторое время попользоваться даровой городской баней и продолжала получать с берега свежий черный хлеб и рыбу чавычу. Опять пошли в ход общие вечеринки и прогулки к маяку и на соседние горы.
С нашей стороны предложена была небольшая экскурсия на паровом катере в Тарьинскую губу (губа, смежная с Авачинской губой). Тарьинская губа в тот год положительно кипела китами. Мы видели одновременно до 8 штук, причем некоторые подходили совсем близко к борту катера.
В годовщину отражения петропавловцами неприятеля, мы расцветились флагами, произвели салют в 21 выстрел и на берегу участвовали в крестном ходе и на панихиде по убиенным в 1854 году. Местные казаки и бывшие участники Петропавловского дела обедали этот день на клипере в качестве почетных гостей нашей команды. На братской могиле погребено 46 челов. русских и 88 французов и англичан.
У ограды кладбища нами поставлены 9 маленьких чугунных орудии, найденных за городом у пруда в земле. Эти пушки были зарыты в землю по приказанию адмирала Завойко как негодные, еще до нашествия союзников, чтобы они им не достались трофеями. – Мы их отчистили и выкрасили. В Тарье погребено более 200 челов. союзников, сброшенных защитниками с обрыва Никольской горы во время штурма.
По поводу нашего северного плавания и стоянки в Петропавловске, я бы дал совет министерству ежегодно направлять в Ледовитый океан 2 – 3 судна, вместо того, чтобы им томиться летом в Китайских и Японских портах, где жара вредно действует на здоровье команд и приносит с собой холеру, дизентерию и т. в. болезни. Плавание клипера «Стрелок» могло бы быть названо пикником, а не службой. Не было никакой надобности запасаться теплой одеждой и разными противоцинготными средствами. Эскадра адмирала Лесовского простояла же в октябре и ноябре 1880 года во Владивостоке при восьми градусах мороза, и ничего: ставили минные и леерные заграждения, занимались греблей, производили десантное ученье, а между тем больных на эскадре не было. Холод ни при чем, тем более, что в Ледовитом океане летом довольно тепло. Мы были там при температуре +4° R. Одно или даже два судна эскадры Тихого океана могли бы зимовать в Петропавловске, потом заниматься промером и описью в Беринговом море, в половине августа добегать до земли Врангеля и на возвратом пути заходить на Командорские острова. Третье судно могло бы крейсеровать все лето вдоль восточного берега Камчатки и вокруг Командорских островов для охраны наших промыслов, и, наконец, четвертому судну пришлось бы посещать порта Охотского моря.
Такая служба наших судов на Дальнем Севере принесла бы огромную пользу тому краю. Это подняло бы дух бедных, заброшенных камчадалов и алеутов и приучило бы чукчей отличать среди всех пришельцев настоящих сынов земли русской. Теперь, кто им больше даст водки, табаку, ружей и пороху, тех они считают «своими» – будь то англичане, американцы или японцы.
Чукчи скорее выучились бы говорить по-русски и со временем приняли бы и христианскую веру. Частый приход к ним наших судов воодушевлял бы их к деятельности, а то они круглый год ничего не делают. Рыбы в Камчатских реках видимо-невидимо, так что там и медведи и собаки ловят ее себе в ручейках лапами. Этот богатый источник благосостояния края совершенно пропадает в настоящее время и предоставлен на расхищение иностранцам.
В последних числах августа офицеры и команда с особенным сожалением покидали, наконец, Петропавловск; совершенно неожиданно провели мы в этом далеком крае много очень приятных часов. Мы уходили вечером. Погода стояла прекрасная и жители всего города вышли к берегу, чтобы нас проводить. Клипер выходил из бухточки медленно, как бы нехотя. На сердечные приветствия горожан и на махание платков, от нас с вант прокричали задушевное ура.
Tags: История, Камчатка, Корабли, Петропавловск
Subscribe

  • Это песня

    По саванне гуляет лирический слон, Величавый, развесистый слон. Весом тела семи с половиною тонн, Грациозен и очень умён. А вокруг скачут зебры,…

  • ТУРИСТЫ

    В пятницу с Альдебарана Прилетели два барана. Погуляли в зоопарке, Заглянули в супермаркет, Общипали весь газон (Благо, летний был сезон). Так ничем…

  • Крест над обрывом - 2

    Про то, как я углядел на Никольской сопке деревянный крест МОЖНО КАРТИНКИ ПОСМОТРЕТЬ ЗДЕСЬ Я заметил его случайно, осматривая гребень сопки в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments