(Как оказалось, я эту заметку не переводил, хотя в виде картинки постил.)
Для читателя не будут лишними прилагаемые планы наших морских операций и маршрутом крейсерства.
Коммодор Эллиот вышел из Гонконга 7 апреля, имея под началом фрегат Sybille, 40; бриг Bittern, 12; и винтовой пароход Hornet, 17 пушек. 7 мая он пришёл в Хакодате, на Джезо (Хоккайдо), одном из самых северных островов Японии; не получив там никакой информации о неприятеле, 15 мая отправился для обследования Татарского залива. Утром 20 мая, во время воскресного богослужения, с брига Bittern подан сигнал «Вижу неприятеля». Три корабля заняли позицию против залива Де-Кастри. Русские силы составляли суда:»Аврора», 44 пушки; «Двина», 22, «Олтеница»* («Оливуца»), 20; «Камчатка», 8; бригантина, 3 и «Восток», винтовой пароход, 5 – итого шесть судов, несущих 102 пушки. Вдобавок, позиции их были очень сильны, так что великим риском было бы атаковать их нашими тремя кораблями с 69 орудиями. Тем не менее, мы сделали всё возможное, чтобы выманить неприятеля из залива для сражения; Hornet подошёл к ним достаточно близко, чтобы дать выстрел-другой, но всё без пользы. Наутро 23 мая Bittern был откомандирован в Хакодате – найти адмирала и просить немедленного подкрепления.
Адмирал получил рапорт 29 мая, но только 3 июля [ИЮНЯ] сэр Джеймс Стирлинг вышел из Сангарского пролива на помощь коммодору с кораблями Winchester, 50; Spartan, 26 и Bittern. Но к несчастью, при встрече с коммодором в проливе Лаперуза узнал лишь то, что русские ухитрились ускользнуть от коммодора, пока тот отлучался от залива Де-Кастри в промежутке между 22 и 28 мая. Куда девались русские, коммодор не знал, но был уверен, что они ушли через фарватер в верхушке Татарского залива и далее в реку Амур, где у них, по сведениям, имеются большие поселения.
17 (июня) коммодор рискнул подняться по Татарскому заливу. 25-го он отдал якорь в заливе Жонкьер на Сахалине, в полусотне миль от залива Де-Кастри и примерно в том же расстоянии от самой узкой части залива.
Однако ничего не предпринималось до прихода Bittern 27 числа. Только тогда коммодор Эллиот был отправлен на Hornet’е в залив Де-Кастри, нашёл его пустым, прошёл миль восемь-десять к северу, перешёл к сахалинскому берегу и вернулся к адмиралу Стирлингу утром 29-го. Коммодор доложил, что хотя обследование было несовершенно, но из того, что они видели, пригодного для судов прохода не было.
Адмирал повёл все корабли на юг, вниз по Татарскому заливу, но, как нам кажется, удаляясь от предполагаемого места чаемой схватки.
1 июня пополудни мы встретили французские фрегаты Constantine и La Sybille; нам было объявлено, что адмирал оставляет эскадру; в настоящее время Коммодор Эллиот, которому поручены под начало Spartan и Hornet, получил разрешение отделиться от эскадры, чтобы идти проливом Лаперуза, и далее в Охотское море, разрушать русские поселения. Французские фрегаты отправились с ним – его пять кораблей продолжают ратные труды, в то время как Winchester и Bittern нехотя поплыли на юг, «почивать на лаврах», то есть, скорее всего, обрести берег (to ground on their beef-bones) в каком-либо порту Китая или Японии.
Ваш покорный слуга, R. N. [Royal Navy – Королевский Флот]
* Название корвета «Оливуца» союзники регулярно путают с громким названием румынского местечка Ольтеница, где в 1853 году русское войско уступило турецкому.
Коммодор Эллиот вышел из Гонконга 7 апреля, имея под началом фрегат Sybille, 40; бриг Bittern, 12; и винтовой пароход Hornet, 17 пушек. 7 мая он пришёл в Хакодате, на Джезо (Хоккайдо), одном из самых северных островов Японии; не получив там никакой информации о неприятеле, 15 мая отправился для обследования Татарского залива. Утром 20 мая, во время воскресного богослужения, с брига Bittern подан сигнал «Вижу неприятеля». Три корабля заняли позицию против залива Де-Кастри. Русские силы составляли суда:»Аврора», 44 пушки; «Двина», 22, «Олтеница»* («Оливуца»), 20; «Камчатка», 8; бригантина, 3 и «Восток», винтовой пароход, 5 – итого шесть судов, несущих 102 пушки. Вдобавок, позиции их были очень сильны, так что великим риском было бы атаковать их нашими тремя кораблями с 69 орудиями. Тем не менее, мы сделали всё возможное, чтобы выманить неприятеля из залива для сражения; Hornet подошёл к ним достаточно близко, чтобы дать выстрел-другой, но всё без пользы. Наутро 23 мая Bittern был откомандирован в Хакодате – найти адмирала и просить немедленного подкрепления.
Адмирал получил рапорт 29 мая, но только 3 июля [ИЮНЯ] сэр Джеймс Стирлинг вышел из Сангарского пролива на помощь коммодору с кораблями Winchester, 50; Spartan, 26 и Bittern. Но к несчастью, при встрече с коммодором в проливе Лаперуза узнал лишь то, что русские ухитрились ускользнуть от коммодора, пока тот отлучался от залива Де-Кастри в промежутке между 22 и 28 мая. Куда девались русские, коммодор не знал, но был уверен, что они ушли через фарватер в верхушке Татарского залива и далее в реку Амур, где у них, по сведениям, имеются большие поселения.
17 (июня) коммодор рискнул подняться по Татарскому заливу. 25-го он отдал якорь в заливе Жонкьер на Сахалине, в полусотне миль от залива Де-Кастри и примерно в том же расстоянии от самой узкой части залива.
Однако ничего не предпринималось до прихода Bittern 27 числа. Только тогда коммодор Эллиот был отправлен на Hornet’е в залив Де-Кастри, нашёл его пустым, прошёл миль восемь-десять к северу, перешёл к сахалинскому берегу и вернулся к адмиралу Стирлингу утром 29-го. Коммодор доложил, что хотя обследование было несовершенно, но из того, что они видели, пригодного для судов прохода не было.
Адмирал повёл все корабли на юг, вниз по Татарскому заливу, но, как нам кажется, удаляясь от предполагаемого места чаемой схватки.
1 июня пополудни мы встретили французские фрегаты Constantine и La Sybille; нам было объявлено, что адмирал оставляет эскадру; в настоящее время Коммодор Эллиот, которому поручены под начало Spartan и Hornet, получил разрешение отделиться от эскадры, чтобы идти проливом Лаперуза, и далее в Охотское море, разрушать русские поселения. Французские фрегаты отправились с ним – его пять кораблей продолжают ратные труды, в то время как Winchester и Bittern нехотя поплыли на юг, «почивать на лаврах», то есть, скорее всего, обрести берег (to ground on their beef-bones) в каком-либо порту Китая или Японии.
Ваш покорный слуга, R. N. [Royal Navy – Королевский Флот]
* Название корвета «Оливуца» союзники регулярно путают с громким названием румынского местечка Ольтеница, где в 1853 году русское войско уступило турецкому.
