Англичане в Де-Кастри, ч. 2.

8-го октября командующий войсками, имея под начальством своим две роты сводного казачьего полубаталиона, одну роту линейного № 14-го баталиона, сорок человек 6-й сотни Амурского конного полка и 4 горных орудия, для предупреждения нападения неприятеля, сделал следующее распоряжение: конные казаки, под начальством есаула Скобельцина, расположены близ гиляцких юрт, и заняли на мысе Сомон наблюдательный пост. От дежурной роты высланы токовые же наблюдательные посты: первый к кладбищу, второй на мыс Спасения и третий в Северную бухту. Для наблюдения за всеми движениями неприятеля назначен офицер.[(Дальше)]
В ночное время, на случай нападения неприятеля, для первоначального отражения его, приказано усиливать посты и назначен один взвод, при офицере, к оврагу устья речки Нелли, а в случае высадки десанта в Александровском посту (единственное место, где можно было предполагать высадку десанта), позиция распределена в следующем порядке: конная сотня должна отражать неприятеля близ гиляцких юрт; первая рота сводного батальона, заняв пространство по опушке леса, вправо от речки Нелли до кладбища, действовать на неприятеля рассыпанным фронтом; вторая рота в таком же порядке и также по опушке леса, расположившись от левого берега речки Нелли до мыса Спасения должна действовать одинаково с первою ротою. В резерве обеих рот, за серединою оных, поставлены два взвода роты линейного № 14-й баталиона, прикрытые крутыми берегами речки Нелли; а третий стрелковый взвод должен служить прикрытием четырех орудий горного артиллерийского дивизиона, из коих два должны занять позицию на кладбище, а другие два на Александровской площадке, при начале просеки. Роты рассчитаны в ротные колонны.
В ночь переправлен вброд чрез бухту Сомон есаул Имберг с 10 казаками для занятия пикета у каскада, дабы предупредить налитие из него водою и для наблюдения за неприятелем, который, как казалось, имел там огонь.
В 7 ¾ часов утра винтовый корвет вышел с рейда и отправился под парусами к N-ду. Вслед за корветом отделились от фрегата два барказа и пошли в Северную бухту, где произвели четыре выстрела.
В 9 ½ часов вельбот с фрегата отправился к мысу Арбот; подойдя к берегу, вельбот поднял красный флаг. Люди с вельбота вышли на берег, но вскоре поспешно сели на вельбот и отправились на фрегат. Причиною тому было приближение команды есаула Имберга, который, заметив вельбот, поспешно бросился к нему, но, по затруднительному сообщению и густоте леса, не успел захватить его.
В 3 часа по всему лагерю пели песни до 5 ½ часов.
В 4 ½ часа фрегат притянулся ближе к мысу Спасения и стал лагом к берегу.
В 5 часов есаул Имберг возвратился назад и донес, что каскад перемерз, поэтому командующий войсками, находя этот пост лишним, приказал есаулу Имбергу присоединиться к своей сотне.
9-го октября фрегат оставался в бездействии и остальные пароходы не показывались.
На 10-е число сделано распоряжение: в случае, если со стороны неприятеля не будет предпринимаемо никаких действий, командировать от каждой роты по 40 человек на очистку леса для расположения лагеря в будущем году , по назначению генерал-губернатора.
10 октября в 9 часов утра вельбот с фрегата ходил в Северную бухту и производил там, вне выстрелов, промер. В 2 ¼ часа вооруженный баркас с фрегата направился к мысу Арбот, отстреливая берег гранатами. Взвод линейного № 14-го баталиона, при капитане Кузьменко, поджидал барказ с берега, правее кладбища; но барказ, не дойдя на штуцерный выстрел, поворотил назад.
В 3 часа фрегат поднял один катер в ростеры.
11-го октября в 9 ¼ часа утра два гребные судна пошли с фрегата на остров Обсерватории; одно из гребных судов было под флагом. На фрегате в это время играла музыка.
В 11 ½ часов вельбот с фрегата отправился в бухту Сомон. Войдя в бухту, вельбот открыл по правому берегу штуцерный огонь и, подойдя к гиляцкой юрте, находящейся на левом берегу Сомона, высадил трех человек, которые, обмазав юрту зажигательным составом, зажгли ее. Есаул Скобельцин, занимавший в Гиляцкой деревне наблюдательный пост, не открывал огня, предполагая, что если неприятель будет поджигать другие юрты, по эту сторону бухты Сомон находящиеся, – то, выпустив его на берег, он бросится и захватит людей; но вельбот поворотил назад и пошел вдоль противоположного берега на фрегат.
В 2:00 пополудни 2 неприятельские барказа, вооруженные карронадами, подошли к берегу правее Александровского поста на расстояние штуцерного выстрела и под прикрытием фрегата начали обстреливать берег.
Командующий войсками, взяв с собою одно горное орудие под начальством капитана Кузьменко и 40 человек штуцерных стрелков сводного казачьего полубаталиона под командою мичмана Генинга, подвел отряд к самому берегу и, воспользовавшись приближением барказов, осыпал их штуцерными пулями и шрапнелевыми гранатами. После первого нашего из орудия выстрела барказы поспешно повернули назад, а фрегат открыл из 22 орудий правого борта по стрелкам и по одному 10-фунтовому горному единорогу сильную канонаду.
Когда барказы стали удаляться из-под выстрелов, подполковник Сеславин отозвал цепь и орудие назад. Во время этой перестрелки капитан Кузменко, несмотря на сильный огонь неприятеля, весьма искусно наводил свои орудия и чрезвычайно удачными выстрелами привел людей на барказах в смятение, а мичман Генинг, по указанию командующего войсками, во время самой жаркой канонады хладнокровно расставлял стрелков и потом, по сигналу, в большом порядке отступил, будучи провожаем ядрами и бомбами неприятельского фрегата и вооруженных барказов. На барказах неприятеля слышны были крик и стоны. На случай если бы неприятельский десант бросился на берег, по опушке леса Александровского парка была расположена первая рота под командою есаула Пузино.
Канонада кончилась в 4 ¼ часа, не нанеся решительно никакого вреда, что должно приписать весьма удобной позиции нашей, повсюду прикрытой густым лесом.
В 4 ½ часа гребное судно с фрегата производило промер против острова Гитри.
12 октября командующий войсками, получая донесения, что неприятельские барказы весьма часто ходят в бухту Арбот, приказал есаулу Имбергу с командою в 30 человек ночью переправиться вброд через бухту Сомон в бухту Арбот, для занятия там наблюдательного поста.
Утром есаул Скобельцын донес, что ночью неприятель чинил свои барказы.
В 9 часов американский вельбот, баркас и английские гребные суда ходили к острову Обсерватории для нагрузки американского судна балластом.
В 2 часа вельбот и барказ с фрегата отправились за мыс Арбот; вскоре за сим слышны были в той стороне выстрелы, которые продолжались с большими промежутками до 11 часов вечера.
13 октября днем неприятельские шлюпки ходили по рейду и ловили рыбу.
В 5 ¼ часов пополудни фрегат перетянулся и стал правее американского судна.
14 октября. Неприятель никаких движений не предпринимал. В 9 часов с поста, расположенного в гиляцкой деревне, донесено, что в бухте Арбот слышна ружейная перестрелка.
В 11 часов приехал в Де-Кастри комиссионер американского купеч. дома г. Кушинг и просил позволения у командующего войсками возвратиться на американское судно Bering, вследствие чего в 2 часа был выставлен на берегу Александровского моста парламентерский флаг.
В 2 1/2 часа с фрегата отвалила десятка, имея на корме синий английский флаг, а на носу белый парламентерский. Приехавший на ней старший лейтенант фрегата Sybille сказал, что по предположению командора Эллиота парламентерский флаг поднят нами с целию объяснить причину, по которой казаки будто бы стреляли в американского приказчика г. Пирса, охотившегося в бухте Арбот. Подполковник Сеславин, объяснив английскому лейтенанту настоящую причину поднятия парламентерского флага, отвечал, что о происшествии в бухте Арбот ему еще не донесено. После сего вещи г. Кушина были погружены на десятку, которая вместе с ним отправилась обратно на фрегат.
15-го октября утром есаул Имберг прислал с известием казака, что 14-го числа сего месяца в 9 часов утра вельбот без флага, с восемью человеками пристал к берегу на мысе Арбот, в 150 саженях от поста, там расположенного. Люди вышли из вельбота на берег, и когда двое из них, увидев стоящего за деревьями, приложились в него из ружей, то часовой, приняв их за неприятеля, выстрелил, а остальные казаки, выскочив из засады, открыли огонь и ранили двух человек, которые бросились назад в шлюпку, крича, что они американцы. Есаул Имберг, подоспевший в это время к вельботу, прекратил огонь и кричал на шлюпку, что если люди, в ней находящиеся, действительно американцы, то чтоб они возвратились назад; но вельбот поспешно отвалил от берега. Бывший на берегу 14-го числа английский лейтенант сказал, что на вельботе был только один американец, а так как их ранено двое и об одном из них англичане скрывают, то должно предположить, что на вельботе вместе с американцами были и англичане. Командующий войсками, видя, что пост по неосторожности американцев сделался известен англичанам, приказал есаулу Имбергу со своим отрядом возвратиться к своему месту, в Де-Кастри.
16-го октября, в 2 ½ пополудни, по приказанию командующего войсками 40 человек казаков 6-й сотни конного Амурского полка, под начальством есаула Скобельцина, выступили из Де-Кастри для следования обратно свои квартиры.
В 4 ½ часа пополудни фрегат, подняв гребные суда, поставил паруса и вышел с рейда. Тотчас по уходе фрегата американский комиссионер г. Кушин приехал на берег и объявил, что завтрашнего числа он будет продолжать выгрузку товара с американского судна Bering.
По донесению полковника Сеславина, казаки дрались молодцами, и как при отбитии десанта и во время бомбардирования, так равно и в деле 11 октября явили себя истинными героями.
После отбития десанта неприятель, отступая, осыпал наших штуцерными пулями. Казаки, провожая его меткими выстрелами, решительно воспротивились прикрыть себя завалами. Артиллеристы стреляли прекрасно и во всех случаях вели себя как старые боевые солдаты. Ничтожную потери нашу, заключающуюся в двух убитых и трех тяжело раненых (из числа раненых один на днях умер, а другому, кажется, придется отрезать руку), надо приписать большому счастью.
«Не могу умолчать, – продолжает г. Сеславин в своем донесении, – о гг. офицерах вверенного мне отряда и других лицах, случайно бывших в Де-Кастри для покупок привезенных товаров. Все они, от первого до последнего, наперерыв просились в дело и во всем служили прекрасным примером для нижних чинов, а в особенности есаул Пузино, капитан Кузьменко и хорунжий Янау. Есаул Пузино, имея в первое время всего 120 человек, смело бросился на десант из 400 человек и отразил его с большою потерею со стороны неприятеля. Неприятель чрез американцев очень хорошо знал числительность людей в Де-Кастри и так был уверен в успехе нападения, что взял с собою с американского судна провизию для доставления ее американским приказчикам, находившимся в казармах. Капитан Кузьменко в деле 11 октября, действуя с одним горным единорогом против 22 орудий и двух карронад, наводя его сам, хладнокровно и чрезвычайно искусно бросал шрапнелевы гранаты. Хорунжий Янау, 7 числа находясь для наблюдения за неприятелем на передовом посту , по левую сторону реки Нелли, был замечен с парохода Hornet и в продолжение нескольких часов осыпаем ядрами; но Янау, дабы лучше видеть другой пароход, несколько передвинувшийся за мыс, подался вперед и во все время своего дежурства оставался на открытом месте.
Бомбардирование неприятеля было очень неудачно. Снаряды его частию не долетали до казармы, другие перелетали или ложились между казармами и другими зданиями. Преимущественно выстрелы направлены были на офицерский дом и лазарет. Одною бомбою удалось неприятелю выбить все стекла в казарме № 2 и зажечь ее, но в ту же минуту пожар потушили, а через час вставили и стекла. На магазинах остались следы разрыва бомб, но без капитального повреждения. Неприятель постоянно начинал обстреливать берег и речку Нелли и потом уже бросал бомбы в казармы, не переставая, впрочем, в то же время действовать по берегу. Мой вельбот пробит в 12 местах, другой же, китобойный, не поврежден. Домики Александровского поста пробиты в нескольких местах. Пароходы, вооруженные бомбическими пушками, подходили к берегу весьма близко, хотя и вне ружейного выстрела, и действовали гораздо удачнее фрегата Sybille.
Груз американцев перевезен на берег, и 27 числа Bering вышел в море. Англичане долго препятствовали разгрузке судна и требовали, чтоб шкипер его немедленно оставил бухту. Но американцы объявили, что товары, привезенные ими для туземцев, находится на берегу, и что они до тех пор не выйдут в море, пока не возьмут груз обратно на свой барк. По этому поводу было много переговоров и – со стороны англичан – разных хитрых предложений. Надо полагать, что река Нелли очень интересует англичан, потому что как только англичане вышли на берег, один из их офицеров в ту же минуту направился к речке, чтоб осмотреть ее берега, но я попросил старшего лейтенанта вернуть офицера . Оставляя Де-Кастри, командор Эллиот разрешил г. Кушину продолжать выгрузку товаров и оставил у него приказание командирам пароходов Encounter и Hornet – по возвращении из Татарского пролива следовать немедленно для соединения ним и отнюдь не мешать выгрузке».
Конец. Спасибо за спасибо :)