callmycow (callmycow) wrote,
callmycow
callmycow

Category:

Всеподданнейший отчет генерал-адъютанта графа Путятина... Часть 12

(Начало было здесь)

Убедясь в удовлетворительном помещении команды и избрав место для постройки небольшого судна, с целию отправить оное в Камчатку с известием о нашем положении и для того, чтобы во время пребывания на берегу доставить офицерам и команде постоянные занятия, я 17 января отправился в Симодо для продолжения переговоров.[Далее]
На пути я получил донесение капитана 2 ранга Посьета о приходе в Симодо американского пароходо-фрегата «Паугатан», с комиссаром Соединенных Штатов Адамсом, прибывшим с ратификациею трактата.
К вечеру 18-го мы достигли города Матссусаки, в котором и расположились на ночлег. Здесь в полночь явилися ко мне надворный советник Гошкевич с известием, что вне Симодского рейда остановилось французское китобойное судно, которым представлялся нам случай завладеть на гребных судах. [До этого прямого указания я сомневался в достоверности эпизода с покушением моряков "Дианы" на французский китобоец. - callmycow]
По получении этого известия я в ту же ночь отправил одного из сопровождавших меня офицеров (**мичм. Колокольцова) с приказанием капитан-лейтенанту Лесовскому вооружить со всевозможною поспешностию два гребных судна и, перейдя морем расстояние в 35 миль, до рассвета следующего дня стараться быть у означенного судна.
На другой день к полдню я был в Симоде, но не застал уже там французского китобоя, который через несколько часов по отбытии г. Гошкевича, подозревая о нашем намерении, снялся с якоря и вышел в море. Таким образом мы снова лишились средств к скорому возвращению в отечество. Гребные суда наши, обогнув в продолжение ночи полуостров Идзу, до рассвета 20 января были на рейде, совершив весьма удачный, хотя и напрасный переход.
В Симодо полномочные первые сделали мне визит, причем выразили от имени своего правительства душевное сожаление о постигшем нас бедствии и представили от Сиогуна многочисленные подарки, состоявшие в предметах одежды, посуды и вещей наиболее необходимых в нашем положении.
Американский комиссар Адамс предполагал пробыть в Симоде только самое короткое время, а потому я, желая воспользоваться этим случаем, чтобы вернее доставить трактат в Россию, должен был торопиться его заключением, и благодаря участию, которое принимало в нас после крушения японское правительство, трактат был подписан 26 января. Окончив краткие донесения в С.-Петербург, которые американский комиссар предложил доставить по назначению через Вену или Вашингтон, я возвратился в порт Хеда, чтобы споспешествовать постройке шкуны, а в Симоде между тем оставил капитана 2 ранга Посьета и несколько человек для содержания постоянного сообщения между двумя портами и для того, чтобы капитан Посьет мог извещать меня о приходе туда судов.
Пароход «Паугатан» оставил Симоду 10 февраля; во время пребывания его на рейде капитан и все офицеры оказывали нам самое услужливое внимание; пароход снабдил нас некоторым количеством морской провизии, которой в Японии доставать нельзя, матросскою одеждою и обувью, в чем наиболее нуждалась команда. За все эти услуги я лично благодарил командира парохода Mc-Cluney и комиссара Адамса и тогда же донес об этом в Министерство Иностранных дел. Между прочим, командир парохода в официальном письме предлагал мне свои услуги перевезти команду фрегата «Диана» в Шанхай. Не считая благоразумным следовать в порт, где мы были бы более всего во власти наших неприятелей, я отказался от этого предложения, прося впрочем капитана донести командующему американскою эскадрою в Восточном океане, что ежели он сочтет возможным оказать помощь потерпевшим крушение, доставив их в отечество, то в таком случае я прошу его прислать за нами пароход в апреле месяце для отвоза в Петропавловский порт.
Возвратившись в Хеда, я нашел, что постройка шкуны, при радушном содействии японских чиновников, быстро подвигалась вперед, несмотря на то, что большую часть нужного леса вырубали мы сами на соседних горах и должны были своими же средствами добывать смолу, прясть пеньку, спускать тросы и проч. Японцы учились всему этому с большим прилежанием.
При отправлении моем из Симоды командир парохода «Паугатан» объявил мне, что несмотря на все его желание, он не может ручаться, чтобы чрез его команду, состоящую из людей всех наций, не разнесся слух о нашем положении. Имея это в виду, надо было свезенные на пристань орудия обезопасить от неприятельских покушений, и я предложил японскому правительству передвинуть их более внутрь города и там укрыть в каких-нибудь зданиях, на что они охотно согласились. 80 человек наших матросов были отправлены для этой цели из Хеда и в три дня перетащили орудия в средину города, где над ними построено было несколько небольших сараев. Охраняя таким образом интересы наши от всяких покушений со стороны англичан и французов, японцы явно выказали, сколько они заботились о нашем положении, и я смею надеятся, что посланное, по воле Его Императорского Величества, предложение японскому правительству принять оставшиеся у них орудия фрегата в подарок будет для них самым справедливым и драгоценным вознаграждением.
Пока мы деятельно занимались постройкою шкуны и истребованием от японского правительства джонок, на которых я предполагал перевезти команду в порт Хакодате или в Аниву, 3-го Марта прибыла в Симоду американская купеческая шкуна «Caroline E. Foote» с Сандвичевых островов. На шкуне прибыло три американских семейства, из которых два располагали поселиться в Японии.
По получении этого известия я немедленно отправился в Симоду и, предполагая нанять означенную шкуну для скорейшего перевоза хотя части команды в Петропавловск, которому, по доставленным известиям, угрожало нападение многочисленной неприятельской эскадры, должен был уговорить губернаторов Симоды дозволить американцам хотя временно перебраться на берег.
Исполнив это предположение, я 14 марта пришел на нанятой шкуне в Хеда.
По заключенному с контрагентами этой шкуны контракту она должна была перевезти команду в три рейса, и с первым из них доставить в Петропавловск приобретенную от этих же агентов морскую провизию. Приготовления к предполагавшемуся переходу были окончены в несколько дней, но отправление шкуны было отложено до 30 марта, потому что ранее этого времени я не считал возможным ее отправить, опасаясь встречи льдов при входе в Петропавловский порт, которые, при ограниченном количестве пресной воды на шкуне, могли, замедлив ее ход, привести команду в критическое положение.
До отбытия американской шкуны прибыл в Хеда Кавадзи Сайемон-но-дзио, один из прежних полномочных в сопровождении бывшего губернатора Нагасаки, Мизно-чи-когони и других лиц, с протестом от японского правительства насчет съезда американцев на берег, а также для некоторого добавления или пояснения статей трактата. Я уклонился от этих новых объяснений, и после нескольких свиданий со мною означенные лица возвратились в Едо, а 30-го марта, на другой день Пасхи, капитан-лейтенант Лесовский с 8-ю офицерами и 150 человек нижних чинов отправился на нанятой американской шкуне в Камчатку.
Между тем как постройка шкуны приближалась к окончанию, в Симодо пришел из Шанхая огромных размеров американский клипер «Ioung America». [Young America - a three-masted wooden extreme clipper ship built in 1853. Her first master was Captain David S. Babcock.]


Судно это было переведено в Хедо, но по чрезмерным требованиям его капитана, я не мог в первый раз зафрахтовать оное, для перевоза остававшейся части команды. Через неделю Ioung America воротилась; капитан Babcock объявил мне, что он встретил по выходе из залива Тоутоми французский шлюп «Константин», и снова предлагал свои услуги. После продолжительных споров заключен был с ним контракт, по которому за 3500 ф. стерлингов капитан обязывался перевезти всю остававшуюся часть команды и ее имущество в Петропавловский порт. К вечеру 11-го апреля, при помощи почти всех жителей Хеда, мы успели нагрузить на это судно провизию и остававшееся скудное имущество и с рассветом следующего дня предполагали пуститься в море.
Во время этой переборки команда американского судна взбунтовалась против шкипера и не хотела идти с нами, опасаясь быть захваченною нашими неприятелями, а потому часть ее бросилась вплавь на берег, причем несколько человек потонули.
Впоследствии шкипер объявил, что по требованию своих помощников и всей команды он должен отказаться от перевоза нас в Камчатку, и нам ничего более не оставалось делать, как съехать на берег и ожидать возвращения ушедшей с первой партиею шкуны.
Апреля 13-го «Ioung America» скрылась из виду, а 14-го строившаяся шкуна, названная мною в память места нашего жительства «Хеда», спущена на воду и к 26 апреля была готова отправиться в путь.
Оставляя Японию, я счел долгом благодарить правительство этого государства за все оказанные нам пособия, и вместе с тем уведомил его, что остающаяся часть команды поступает под начальство лейтенанта Мусина-Пушкина, и выразил надежду, что правительство будет по-прежнему к ним внимательно.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Tags: Адмиралы, История, Корабли, Крымская война, Путятин
Subscribe

  • Яхта заплыла

    Мыс Средний и мыс Станицкого с маяком. А движется мимо них ледокольная яхта, которую Яндекс распознаёт как принадлежащую Олегу Тинькову. Богатей,…

  • В храме был

    В Морском Соборе Петропавловска-Камчатского. (15 мая это было.) Я не религиозный, в собор пошёл по делу: мне сказали, что там на стенах доски с…

  • Крест над обрывом - 2

    Про то, как я углядел на Никольской сопке деревянный крест МОЖНО КАРТИНКИ ПОСМОТРЕТЬ ЗДЕСЬ Я заметил его случайно, осматривая гребень сопки в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments